То, что в результате перенесенных ею мучений она осталась бесплодной не особо угнетало ее в те дни, так как она не представляла себе, что ей вновь когда-нибудь захочется забеременеть. Но общение с детским психологом по имени Грейс Митовски, безвозмездно занимавшейся работой с неблагополучными подростками, забота и любовь этой женщины полностью изменили жизнь Кэрол. Ее ненависть по отношению к себе исчезла, и годы спустя она уже раскаивалась в своем бездумном поступке, сделавшем ее бесплодной.

К счастью, усыновление ребенка она рассматривала как более чем просто приемлемый вариант решения этой проблемы. Она была способна подарить усыновленному ребенку не меньше любви, чем своему собственному. Она знала, что сможет стать хорошей заботливой матерью, и ей не терпелось доказать это — не всему миру, а просто себе; ей никогда ничего не нужно было доказывать никому, кроме себя, потому что именно она была самым беспощадным критиком по отношению к себе.

Подняв глаза, мистер О'Брайен улыбнулся. У него были исключительно белые зубы.

— Здесь все просто замечательно, — сказал он, показывая на их заявление, которое только что закончил читать. — Просто превосходно. Не многие из тех, кто к нам обращается, имеют такие характеристики.

— Благодарю вас за комплимент, — ответил Пол.

О'Брайен покачал головой:

— Отнюдь. Это действительно так. Весьма впечатляюще.

— Спасибо, — в свою очередь, поблагодарила его Кэрол.

Откинувшись на спинку стула и сложив руки на груди, О'Брайен продолжил:

— У меня есть к вам пара вопросов. Уверен, что именно их мне и зададут на рекомендательной комиссии, так что мне лучше узнать ваши ответы сейчас, чтобы потом избежать лишней волокиты.

Кэрол вновь напряглась.

Очевидно, заметив ее реакцию, О'Брайен поспешил тут же оговориться:

— Ничего страшного. Поверьте, я не задам вам и половины тех вопросов, которые обычно задаю приходящим к нам супружеским парам.